Прозываюся Кирибеевичем,

А из славной семьи из Малютиной..."

Испугалась я пуще прежнего;

Закружилась моя бедная головушка.

И он стал меня целовать-ласкать

И, целуя, всё приговаривал:

"Отвечай мне, чего тебе надобно,

Моя милая, драгоценная!

Хочешь золота али жемчугу?

Хочешь ярких камней аль цветной парчи?

Как царицу я наряжу тебя,

Станут все тебе завидовать,

Лишь не дай мне умереть смертью грешною;

Полюби меня, обними меня

Хоть единый раз на прощание!"

И ласкал он меня, целовал меня;

На щеках моих и теперь горят,

Живым пламенем разливаются

Поцалуи его окаянные...

А смотрели в калитку соседушки,

И кому на глаза покажусь теперь?

Ты не дай меня, свою верную жену,

Злым охульникам в поругание!

На кого, кроме тебя, мне надеяться?

У кого просить стану помощи?

На белом свете я сиротинушка:

Родной батюшка уж в сырой земле,

Рядом с ним лежит мою матушка,

А мой старший брат, ты сам ведаешь,

На чужой сторонушке пропал без вести,

А меньшой мой брат - дитя малое,

Дитя малое, неразумное..."

Говорила так Алёна Дмитревна,

Горючими слезами заливалася.

Посылает Степан Парамонович

За двумя меньшими братьями;

И пришли его два брата, поклонилися

И такое слово ему молвили:

"Ты поведай нам, старшОй наш брат,

Что с тобой случилось, приключилося,

Что послал ты за нами во темнУю ночь,

Во темнУю ночь морозную?"

"Я скажу вам, братцы любезные,

Что лиха беда со мною приключилася:

Опозорил семью нашу честную

Злой опричник царский Кирибеевич;

А такой обиды не стерпеть душе

Да не вынести сердцу молодецкому.

Уж как завтра будет кулачный бой

На Москва-реке при самом царе,