Начальник заставы сказал:

- А, ёлки-палки, Кошкин!

- Так точно! - гаркнул Кошкин, да так громко, что у начальника заставы чуть револьвер не выстрелил.

- Вижу, вижу, - сказал начальник, - вижу, что ты научился отвечать как следует. Только попрошу так сильно не орать, а то у меня чуть револьвер не выстрелил.

Потом командир спросил:

- Как же зовут собаку?

- Алый, товарищ капитан.

- Алый? - удивился начальник заставы. - Почему Алый?

- А вы погодите, товарищ капитан, - ответил Кошкин, - вот он высунет язык, и вы сразу поймёте, почему он Алый.

А застава, куда приехали Кошкин и Алый, была в горах. Кругом-кругом, куда ни погляди, всё горы, горы... Все они лесом заросли: ёлками, дикими яблонями. Взбираются деревья вверх, налезают на скалы. А из-под корней вываливаются круглые камни да острые камешки.

- Видишь, Алый, - говорил Кошкин, - вот они, горы. Это тебе не школа собачьих инструкторов.

Алый глядел на горы и думал: "Просто странно, отчего это земля так вздыбилась, к небу колесом пошла?.. Быть бы ей ровной..."

Трудное дело - охранять границу. Днём и ночью ходили Кошкин и Алый по инструкторской тропе. Тропа эта - особая. Никому по ней нельзя ходить, кроме инструктора с собакой, чтобы не было постороннего запаха.

Рядом с инструкторской тропой идёт широкая вспаханная полоса. Кто бы ни пошёл через границу, обязательно оставит след на вспаханной полосе.

Вот Кошкин и Алый ходили по инструкторской тропе и смотрели на вспаханную полосу - нет ли каких следов?

Дни шли за днями, и ничего особенного не происходило. А на вспаханной полосе были только шакальи да заячьи следы.