Во время следующего урока, когда мы собирали на школьном участке овощи, Кийлике подошел ко мне и оскорбительно замекал:

— Неумека, неумека, неумека!

Тогда я, под впечатлением рассказа учительницы эстонского языка, взял у Каура перчатку — своей у меня не оказалось — и бросил ее Кийлике.

А Топп сказал, что он мой секундант, и отмерил шагами двадцать пять метров. Каур стал секундантом Кийлике и принес нам обоим помидоры.

Как известно, у дуэлянтов должно быть одинаковое оружие, но мне Каур дал зеленый помидор, а Кийлике — гнилой. Поэтому я не мог достоять до конца и в последний момент бросился на землю. А гнилой помидор Кийлике полетел прямо в живот учителю, товарищу Пюкку, который как раз подошел проверить, как движется работа.

Учитель страшно рассердился, потому что на пальто осталось пятно и вообще продуктами нельзя бросаться. И нас с Кийлике отвели в школьную канцелярию, где мы должны были в наказание стоять, хотя я и не был виноват, потому что нашел-то гнилой помидор Каур, а бросил его Кийлике.

Сначала мы стояли в канцелярии возле двери, но когда бухгалтера товарища Мятаса вызвали взвешивать мясо для интерната и в помещении никого не осталось, кроме нас, Кийлике передвинулся к той полке, где лежали иллюстрированные журналы, а я подвинулся вслед за ним.

Тут-то Кийлике и обнаружил статью, которая возбудила в нас большой интерес. Там сообщалось, что иностранный язык можно легко изучить во сне, если записать слова и падежи на магнитофонную ленту и несколько раз за ночь прокрутить ее спящим.

Мы прочли статью два раза. Потом Кийлике сказал:

— Вишь, какая история! Почему же нам об этом не говорили?

Я ответил:

— Может быть, еще не успели.

Но Кийлике не поверил:

— Об этом нам не хотели говорить. Если все так просто начнут во сне учить иностранные языки, учительница английского языка останется без работы. И учителя других языков тоже. И куда же их девать?