О тайна тайн, о птица Рок, Не твой ли дальний островок Им был звездою путеводной? Ты уводила моряков В пещеры джинов и волков, Хранящих древнюю обиду, И на висячие мосты Сквозь темно-красные кусты На пир к Гаруну-аль-Рашиду. И я когда-то был твоим, Я плыл, покорный пилигрим, За жизнью благостной и мирной, Чтоб повстречал меня Гуссейн В садах, где розы и бассейн, —  На берегу за старой Смирной. Когда-же... Боже, как чисты И как мучительны мечты! Ну что же, раньте сердце, раньте, —  Я тело в кресло уроню, Я свет руками заслоню И буду плакать о Леванте.
135. РОДОС

Памяти М. А. Кузьминой-Караваевой

На полях опаленных Родоса Камни стен и в цвету тополя Видит зоркое сердце матроса В тихий вечер с кормы корабля. Там был рыцарский орден: соборы, Цитадель, бастионы, мосты, И на людях простые уборы, Но на них золотые кресты. Не стремиться ни к славе, ни к счастью, Все равны перед взором Отца, И не дать покорить самовластью Посвященные небу сердца! Но в долинах старинных поместий, Посреди кипарисов и роз, Говорить о Небесной Невесте, Охраняющей нежный Родос! Наше бремя — тяжелое бремя: Труд зловещий дала нам судьба, Чтоб прославить на краткое время, Нет, не нас, только наши гроба. Нам брести в смертоносных равнинах,