Отговорила роща золота-а-я
Березовым веселым языком.
И журавли...
Эх, девка! А ты не пущаешь!
Кольша отвернул занавеску, припал лбом к стеклу и уставился в луга, в свою точку схода, в то место, где небо встречается с землей и где, по его понятию, должна обитать истина.
Тяжба Кольши с Катериной за выход в небо разрешилась негаданно. Дня три спустя в избу серым бочонком вкатился весь налитой, округлый, пахнущий укропом участковый Сенька Хибот. Для начала он произнес с нажимом слово "так", каковым начинают разговор обаполские да и всея Руси участковые милиционеры.
- Так... - Сенька обозрел кухню, ее углы, рогачи и чапыги, потянул носом на известный предмет и только после этого произнес без всякой заинтересованности: - Ну, показывай, что ты тут... Дошло до нас кое-что...
Кольша все понял, молча напялил баскеточку, телогрейку внапашку и повел участкового во двор, где на двух стопках кирпичей, окрашенный в голубое, под цвет неба, сох уже подчистую смонтированный перископ.
- Так-так-так... - жестко произнес Сенька, будто передернул автоматный затвор. - Куда глядеть?
Кольша носком кеда указал на нижнюю камеру, в глубине которой по отраженным бликам угадывалось зеркало.
Сенька перевернул картуз кокардой на затылок, предубежденно опустился на четвереньки и заглянул в квадратный проем нижнего отдела. От напряженного смотрения Сенькины уши цветом уравнялись с околышем. Оставаясь на четверях, он недоуменно повернулся к автору конструкции:
- Слушай, ни хрена не видно... Может, чем закрыто?
- Нет, все нормально, - пояснил Кольша. - Просто он верхней камерой в лопухи глядит. А если поставить вертикально, то все будет как надо...
- И где же ты намерен его поставить? - Сенька поднялся на ноги и отер о штаны растопыренные пальцы: где-то все же цапнул краску.
- А вот... - кивнул Кольша на конек избы.