Пусть лопается глаз, пусть рвется сердца мех, Шатнись скорей с ума в кинематограф будищ — И в пасти вечности увидишь буйный бег Удавом времени увитых мною чудищ: Народы запахов… Республики цветов… Оранжереи грез… Плантации улыбок… Лаборатории гипнозных городов… Землетрясение вулканогорлых скрипок… Радиостанции тоскующих сердец… Сальтоморталь веков… Планеты на коленях… Дремучие леса удушливых чудес… И вздохом божества захлёбы по вселенной… Футболом с’ежится от ужасов земля: Из трещин времени веков сползутся гады, Опутают клубком, мурлыча и шипя, И сердце высосут из скорлупы граната. Из бездны ринутся кометы-комары По мановению Владыки-Зверобога. В клычищах крабами закорчатся миры И раскидается Великая Дорога: Обвалы времени в забвения дыру… Парализация скривленных зодиаков… Удары палашом по дряблому нутру… Миропролитие оранжевее маков… Под танком времени раздавленная смерть… Копытами громов размолотые прахи… Штыками звездными испоротая твердь… Изборожденная вселенная на плахе… В гангренах вечности подохшие миры… И похотный УДАР влюбленных полушарий… В морях туманности кровавые костры… И новые миры, рожденные в ударе… И снова выпрыгнет румяная Земля! Запляшут вальсами оранжевые солнца! И снова загремит торжественное «Я», Прольется по мирам грохочущая бронза! Вулканным голосом воздвигну города.