С улиц гастроли Люце Были какой-то небылью, Казалось — Москвы на блюдце — Один только я неба лью. Нынче кончал скликать В грязь церквей и бань его я, Что он стоит в века Званье свое вызванивая? Разве шагнуть с холмов Трудно и выйти на поле, Если до губ полно И слезы весь Кремль закапали Разве одной Москвой Желтой живем и ржавою. Мы бы могли насквозь Небо пробить державою. Разве Кремлю не стыд Руки скрестить великие Ну так долой кресты! Наша теперь религия;

Давид Бурлюк

«Газета футуристов», «Осенняя антология»

Утверждение бодрости

Всякий молод молод молод Животе чертовский голод Я бросаю гордый клич Этот краткий спич! Будем кушать камни травы Горечь сладость и отравы Будем лопать пустоту Глубину и высоту Птиц зверей чудовищ рыб, Ветер глины соль и зыбь Каждый молод молод молод Животе чертовский голод Все что встретим на пути Может пишу нам идти.

Делец

Посмотрел на лес ядреный: «Бревна ладить на острог; Уголь, клепка, дров вагоны… Знатна прибыль! крупный торг!»