Подскакивая, словно на батуте, Я размышлял:"Не справиться с судьбой, Не изменить духовной нашей сути Пусть завтра счастье выплеснет прибой, Но буду я к заветной той минуте Непоправимо истощен тобой".
Андрей Добрынин Когдя я гляжу на красоты природы, Мое равнодушье не знает предела. Ваял я прекрасное долгие годы, И вот оно мне наконец надоело.
Черты красоты уловляя повсюду, Я создал несчетные произведенья, Теперь же, взирая на всю эту груду, Постичь не могу своего поведенья.
Вот взять бы кредит, закупить бы бананов, Продать их в Норильске с гигантским наваром, И вскорости нищенский быт графоманов Казался бы мне безобразным кошмаром.
А можно бы в Чуйскую съездить долину, Наладить в столице торговлю гашишем, Но главное - бросить навек писанину, Которая стала занятьем отжившим.
Ты пишешь, читаешь, народ же кивает, Порой погрустит, а порой похохочет, Но после концерта тебя забывает И знать о твоих затрудненьях не хочет.
При жизни ты будешь томиться в приемных, За жалкий доход разрываться на части, Но только помрешь - и масштабов огромных Достигнут тотчас некрофильские страсти.
Твою одаренность все дружно постигнут, Ты вмиг превратишься в икону и знамя, Друзья закадычные тут же возникнут, Поклонники пылкие встанут рядами.
И ты возопишь:"Дай мне тело, о Боже, Всего на минуточку - что с ним случится? Мне просто охота на все эти рожи С высот поднебесных разок помочиться.
И вмиг я почувствую ноги, и руки, И хобот любви, утешенье поэта, И сбудется все. Как известно, в науке Кислотным дождем называется это.
И, стало быть, нет ни малейшего чуда В том, как человечество ослабевает Недаром плешивые женщины всюду, Мужчин же других вообще не бывает.
Подумай, юнец с вдохновеньем во взоре, А так ли заманчива доля поэта? При жизни поэты все мыкают горе, И вредные ливни все льют на планету.