Андрей Добрынин

Предвкушение праздника вновь обмануло, Мы ведь запросто праздник любой опаскудим, А расплата за то - нарушение стула, Истощение нервов и ненависть к людям.

Разговоры суетные, шутки пустые, Поглощение литрами пьяного зелья Таковы, как известно, причины простые, Приводящие к смерти любое веселье.

Но порой подмечал я с невольною дрожью: Собутыльники словно чего-то боятся, И уста их недаром наполнены ложью Так о главном не могут они проболтаться.

Нечто главное тенью в речах промелькнуло, А быть может, в случайном затравленном взгляде, И опять потонуло средь пьяного гула, И опять затаилось, как хищник в засаде.

И опять потянулись дежурные брашна, И опять замелькали нелепые жесты, Но нащупывать главное было мне страшно За известной чертой человеку не место.

Если что-то извне к этой грани прильнуло, Не надейся, что с ним ты сумеешь ужиться. Предвкушение праздника вновь обмануло, Но иначе не может мой праздник сложиться.

1998

Андрей Добрынин

Я был не нужен никому И к безобразью своему Привык я с самых ранних лет И к роковому слову "нет".

Я к унижениям привык Кривила злоба женский лик, Коль говорил я о любви, Кипевшей у меня в крови.

Мне их вопрос всю плешь проел Давно ль я в зеркало смотрел? И я подался в грибники В лесах размыкать груз тоски.

В тоске бродил я по лесам И как - уже не помню сам Вдруг обнаружил древний клад И стал чудовищно богат.

Я гнусь теперь не от скорбей От груза золотых цепей, И даже полный идиот Не скажет мне, что я урод.

Уродство - свойство нищеты, А коль сидишь с охраной ты В чаду шикарных кабаков, То ты, конечно, не таков.

Пусть ты физически убог, Горбат, плешив и кривоног Достань мобильный телефон, И ты для женщин Аполлон.

Коль ты в прикиде дорогом, Ты станешь первым остряком, И пусть ты глуп, как шимпанзе Вокруг хохочут дамы все.