И, ощущая вашу сдобность, Я начал быстро обнажаться, В душе хваля свою способность Порой так ярко выражаться.

Андрей Добрынин

Там, где шуршит листвой ольха, У ручейка, в глуши лесной Склонил я к радостям греха Тебя, дружок неверный мой.

Тебя я обучил всему, Что сам в любви успел познать. Твой стон летел в лесную тьму, Чтоб сон от фавнов отогнать.

Тебя, столь робкую досель, Уж не пугал далекий вой. В экстазе о большую ель Ты колотилась головой.

И шишки сыпались на нас, Сухие сучья, гнезда сов... Теперь вкушаешь ты экстаз Уже с другим в глуши лесов.

Я это вижу как кошмар: У ручейка уже другой С тобою делит плотский жар И грунт царапает ногой.

И так нелепы вы вдвоем, Остервенения полны, Что вскоре всем лесным зверьем Вы будете окружены.

Вражда былая улеглась, Синклит зверей в испуге смолк, И рядом с зайчиком, дивясь, На вас взирает бурый волк.

Вы продолжаете, сопя, Совокупленья суету, И ничего вокруг себя Вам разглядеть невмоготу.

Гляжу на вас - и гложет стыд, И мнится - лучше б я ослеп. Ужель и наш с тобою вид Был столь же мерзок и нелеп?

Ты ерзаешь, как будто дерн Желаешь задом протереть, Я ж багровею, словно горн, И от стыда готов сгореть.

Андрей Добрынин

И я пойму, весь ход утех Пронаблюдав из-за куста: Сколь безобразны страсть и грех, Столь гармонична чистота.

Я должен у тебя отнять Свою свирель - любви залог И впредь не буду посвящать Тебе идиллий и эклог.

Среди мусических отрад Все дни я буду провождать И слух доверчивых ягнят Невинной песней услаждать.

Для взоров будет словно мед Мой умиротворенный вид, Когда ж последний час пробьет, Смиренно я сойду в Аид.

И поплыву в жемчужной мгле К блаженным вечным островам. Твои услады - на земле, А наше воздаянье - там.

Андрей Добрынин

Две трети жизни нами пройдено, Но мы по-прежнему бедны, И это срам для нашей Родины, Для милой русской стороны.

Мы - маньеристы куртуазные, Нас должно холить и беречь! Такие факты безобразные Пора правительству пресечь.