Она умолкла, и полна —

Великой тайны тишина.

LV

И то, чему не верил разум,

Что не могла она в словах

Ему сказать, — он понял разом:

Она прочла в его глазах,

Что он уж знает все. А тело

В ее руках похолодело.

И долго ни одна слеза

Земного горя не упала,

И друга мертвые глаза

Спокойно Ольга закрывала.

В ее душе — любовь и свет,

И нет разлуки, смерти нет.

LVI

Когда же в окна посмотрела

На тусклый день, на мокрый снег,

Внезапно Ольга побледнела

И одиночество навек

Тогда лишь поняла, проснулась…

Но вместе с жизнью смерть вернулась…

Как будто вспомнила она,

Что нет его… И вдруг сознаньем —

Ее душа озарена.

Без слез, убитая страданьем,

Упала, обнимая труп,

Касаясь мертвых бледных губ…

…………………………………..

…………………………………..

…………………………………..

LVII, LVIII, LIX, LX, LXI

О век могучий, век суровый

Железа, денег и машин,

Твой дух промышленно-торговый

Царит, как полный властелин.

Ты начертал рукой кровавой

На всех знаменах: «В силе — право!»

И скорбь пророков и певцов,

Святую жажду новой веры

Ты осмеял, как бред глупцов,

О, век наш будничный и серый!

Расчет и польза — твой кумир,

Тобою властвует банкир,

LXII

Газет, реклам бумажный ворох,

Недуг безверья и тоски,

И к людям ненависть, и порох,

И броненосцы, и штыки.

Но вождь не пушки, не твердыни,

Не крик газет тебя доныне

Спасает, русская земля!

Спасают те, кто в наше время

В родные, бедные поля