V

И здесь не дремлет в людях совесть,

И здесь на лицах молодых

Я иногда читаю повесть

Страданий гордых и немых.

Люблю смотреть, как негодует

Нева, лишь с запада подует

Могучий ветер. Синий лед

Лучами теплыми расколот;

К морям волна его несет…

Зато зимой в столице — холод,

И неподвижна, и мертва

Под снежным саваном Нева…

VI

Был час, когда сквозь дым душистый

Сигар, меж фруктов, на столе,

Под лампой блещет золотистый

Ликер в граненом хрустале,

Когда, минут не тратя даром,

Сидит за третьим самоваром

Чиновник бедный на Песках,

Зовет соперников для винта

Хозяин с картами в руках,

Когда в проходах лабиринта

У мрачных театральных касс

Шумит толпа и блещет газ.

VII

А за Невою, сном объятый,

Огромный ряд домов почил;

На крышах снег голубоватый

Холодный месяц озарил.

И он печальным, робким взором

Сквозь окна с ледяным узором

В большую комнату проник,

И бледный луч упал на стклянки,

На груды атласов и книг,

На микроскоп, реторты, банки…

И романтичная луна

Глядит на все, удивлена:

VIII

Не лепестки цветущих лилий,

Не розы, — тихий, лунный свет

Посеребрил под слоем пыли

Анатомический скелет.

Сидит хозяин в креслах. Рядом

С лицом румяным, с умным взглядом

Холодных глаз — веселый гость.

Он зажигает папиросу

И говорит: «Послушай, злость

Бесцельна. Глупому вопросу

Ты придаешь трагизм. Поверь,

Гони природу нашу в дверь —

IX