Но иногда мне душу веселят

Локомотив иль царственный фрегат

Изяществом стального механизма.

А все ж родней мечтателям пока

Восток и Рим, и средние века…

XVI

Но я решил, привычку побеждая,

Героя взять для повести моей

Из современных, будничных людей…

Дитя больное северного края,

Он родился в одной из тех семей,

Где, несмотря на кумфорт и достаток,

Какой-то буржуазный отпечаток

ХVII

Лежит на всем. Лет тридцать прослужив,

Его отец страдал обычным сплином

И засореньем печени. Схватив

На скверной даче в Парголове тиф,

Скончался он с довольно важным чином,

И скромный, тысяч в сорок, капитал

Он, умирая, сыну завещал.

XVIII

Давно уж мать больна была чахоткой.

Покорная, с надеждой на Творца,

Сережу покидая, до конца

Она осталась любящей и кроткой.

Но он не помнил милого лица,

И лишь как сон, как то, что слышал в сказке,

Он вспоминал ее святые ласки.

XIX

Лет с десяти страдал уже хандрой

И склонностью к чахотке наш герой —

Родителей печальное наследство.

Как бред тяжелый промелькнуло детство.

С болезненной, угрюмою душой,

Сережа был ребенком некрасивым,

Мечтательным и странно молчаливым.

ХХ

Наследственность, мы все — твои рабы!

Твоим слепым законам жизнь покорна,

Со дня рожденья будущей судьбы

В нас тихо спят невидимые зерна:

Мы ей должны отдаться без борьбы.

Из рода в род болезнь и преступленья

Передают друг другу поколенья…

XXI

И зверь таится в каждом из людей,

И тысячами уз порабощенный,