Въ комъ движутся мiры, кѣмъ все въ мiрахъ живетъ;              Который съ небеси на всѣхъ равно взираетъ,    210          Прощаетъ, милуетъ, покоитъ и караетъ;              Царь пламени и водъ, позналъ Россiи гласъ;              И славы чадъ своихъ послѣднiй видя часъ,              Дни горести ея въ единый мигъ изчислилъ;              Онъ руку помощи простерти къ ней помыслилъ;    215          Свѣтлѣе стали вдругъ надъ нею небеса,              Живительная къ ней пустилася роса,              Ея печальну грудь и взоры окропила,              Мгновенно томную Россiю подкрѣпила;              Одѣла полночь вкругъ румяная заря;    220          На землю Ангели въ кристальну дверь смотря,              Составили изъ лиръ небесну гармонiю              И пѣли благодать, вѣнчающу Россiю.                        Тогда единому изъ праведныхъ мужей,              Живущихъ въ лѣпотѣ божественныхъ лучей,    225          Господнему лицу во славѣ предстоящихъ,              И въ ликѣ Ангеловъ, хвалу Его гласящихъ,              Всевышнiй рекъ: гряди къ потомку твоему,              Дай видѣть свѣтъ во тмѣ, подай совѣтъ ему;              Въ лицѣ отечества явися Iоанну,    230          Да узритъ онъ въ тебѣ Россiю всю попранну!…                        Скоряй, чѣмъ солнца лучь, текущаго въ эѳиръ,              Летящiй средь мiровъ, какъ вѣющiй зефиръ,              Небесный мужъ въ страну полночную низходитъ,              Блистательну черту по воздуху проводитъ;    235          Закрытый облакомъ, вступаетъ въ Царскiй домъ,