Мы Князи сей страны и прадѣды твои,              Мы плачемъ, взоръ склонивъ въ обители сiи,    265          Для вѣчныхъ радостей на небо восхищенны,              Тобой и въ райскихъ мы селеньяхъ возмущенны;              О Россахъ стонемъ мы, мы стонемъ о тебѣ;              Опомнись! нашу скорбь представь, представь себѣ;              О царствѣ, о себѣ, о славѣ ты помысли,    270          И избiенныхъ насъ злодѣями изчисли.                        Отверзлось небо вдругъ вздремавшаго очамъ,              И видитъ Iоаннъ печальныхъ предковъ тамъ,              Которы кровiю своею увѣнчались,              Но въ прежнемъ образѣ очамъ его являлись;    275          Батыевъ мечь во грудь Олегову вонзенъ;              Георгiй братъ его лежитъ окровавленъ;              Нещастный Ѳеогностъ оковы тяжки носитъ,              Отмщенiя ордамъ за смерть и раны проситъ;              Склонивъ главы свои, стонаютъ Князи тѣ,    280          Которы мучимы въ ихъ были животѣ.              Тамъ видится законъ попранный, униженный,              Лiющiй токи слезъ и мракомъ окруженный;              Погасшимъ кажется Князей Россiйскихъ родъ;              Вельможи плачущи, въ унынiи народъ;    285          Тамъ лица блѣдные въ крови изображенны,              Которы въ жизни ихъ Ордами пораженны;              Онъ видитъ сродниковъ и предковъ зритъ своихъ,              Ихъ муки, ихъ тоску, глубоки раны ихъ.                        И тѣнь рекла ему: Отшедъ въ мученьѣ многомъ,    290          Роптая на тебя, сiи стоятъ предъ Богомъ;