Рюрик Ивнев
Солнце во гробе
«По изрытым как оспа дорогам…»
По изрытым как оспа дорогам Судорожно мечется Душа — проклятая, оставленная Богом, Еще теплая от ласк вечера. Будто корабль, накреняющийся Расщепленным корпусом, Неприютной блудницей шатается, Улыбается глазами раскосыми. Как люблю этот запах смертный Полоумных и светлых глаз. Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, Помилуй нас. 7 ноября 1020.
Москва-Петербург (дорога).
«Виденья Рейна, торная Двина…»
Виденья Рейна, торная Двина, Сухая пыль и солнце в Туркестане. Я опьянел от черного вина Географических воспоминаний. В моем мозгу качаются сады, И черепки, что раковины моря, Перекликаются на все лады В них звуки человеческого горя. Отвага, мощь голландских моряков И хитрость хлеборобов наших, Во мне, в последнем, рвется из оков Весь род мой, как вино из чаши. Во мне, в последнем, вся тревога их, Весь груз их душ — святых и изуверов, И точно мышь меж прутьев жестяных Христолюбивая томится вера. Не потому ль душа моя полна Таких несбыточных мечтаний? Я опьянел от черного вина Географических воспоминаний. 1910 Февраль
М.
«Сквозь мутные стекла вагона…»
Это стихотворение посвящается Григорию Колобову.