Урманов смотрел в задорно сверкающие мальчишечьи глаза и думал: «Кто знает, может, и правда из него, со временем выйдет отличный офицер?..»

— Значит, Миша, тебе у нас понравилось? — наконец, заговорил он.

— Товарищ подполковник! — Миша вскочил. — Да я…

— Ладно. Все понятно, — остановил его Урманов. — Но, видишь ли, в чем дело… Из Онорской школы пришла письмо от директора… Там беспокоятся о тебе… Директор пишет, что тебе нужно учиться.

Лицо мальчика помрачнело. Он вспомнил Онор, школу, свой пустой, заколоченный дом…

— Что же мы теперь ответим директору? — спросил Урманов.

— Товарищ подполковник, — тихо проговорил Миша, — не отсылайте меня в Онор…

На глаза Миши навернулись слезы. Он закусил губу и сделал над собой отчаянное усилие, чтобы не заплакать. Урманов ждал, пока он справится с собой, и думал: «Да, вернуться в деревню его теперь не уговоришь. Ну ладно, пусть поживет пока в полку, а потом его можно будет переправить на Большую землю, определить в суворовское училище. Попадет в училище уже «бывалым солдатом», это будет совсем неплохо!»

— Вот что, Атаманыч, — сказал Урманов, вставая из-за стола и подходя к Мише, — ты останешься в полку. Я только хочу тебя предупредить: у нас тут всяко бывает. Здесь граница. Ты будешь, как и все наши солдаты, физкультурой заниматься, учиться верховой езде. Придется тебе и в разведку ходить, и на посту стоять. Так что помни: назвался груздем — полезай в кузов! Одних пряников не обещаю, иной раз придется и сухую корочку глодать. Понял?

— Так точно, товарищ подполковник, понял! — радостно воскликнул Миша.

— Ну ладно, Миша Ковальчук, быть тебе солдатом. Пойдешь в разведвзвод лейтенанта Остапова.