Теннис

Среди аляповатых дач, Где шатается шарманка, Сам собой летает мяч Как волшебная приманка.

Кто, смиривший грубый пыл, Облеченный в снег альпийский, С резвой девушкой вступил В поединок олимпийский ?

Слишком дряхлы струны лир: Золотой ракеты струны Укрепил и бросил в мир Англичанин вечно юный !

Он творит игры обряд, Так легко вооруженный, Как аттический солдат, В своего врага влюбленный !

Май. Грозовых туч клочки. Неживая зелень чахнет. Все моторы и гудки, И сирень бензином пахнет.

Ключевую воду пьет Из ковша спортсмэн веселый; И опять война идет, И мелькает локоть голый ! 1913

Американка

Американка в двадцать лет Должна добраться до Египта, Забыв "Титаника" совет, Что спит на дне мрачнее крипта.

В Америке гудки поют И красных небоскребов трубы Холодным тучам отдают Свои прокопченные губы.

И в Лувре океана дочь Стоит прекрасная, как тополь; Чтоб мрамор сахарный толочь, Влезает белкой на Акрополь.

Не понимая ничего, Читает "Фауста" в вагоне И сожалеет, отчего Людовик больше не на троне. 1913

* * *

Отравлен хлеб, и воздух выпит. Как трудно раны врачевать ! Иосиф, проданный в Египет, Не мог сильнее тосковать !

Под звездным небом бедуины, Закрыв глаза и на коне, Слагают вольные былины О смутно пережитом дне.

Немного нужно для наитий: Кто потерял в песке колчан, Кто выменял коня - событий Рассеивается туман.

И, если подлинно поется И полной грудью, наконец, Все исчезает - остается Пространство, звезды и певец ! 1913

Домби и сын

Когда, пронзительнее свиста, Я слышу английский язык Я вижу Оливера Твиста Над кипами конторских книг.

У Чарльза Диккенса спросите, Что было в Лондоне тогда: Контора Домби в старом Сити И Темзы желтая вода...