* * * Здесь пахнет небом Испании, пахнет сиянием юга, пахнет воспоминанием о юных друзьях и подругах! Пахнет лазурью и зеленью, пахнет весенним ветром, отчизной моей потерянной, благоуханием света! * * * Море, горькое от соли, соль твоя поёт под солнцем, одинокость славословя солнца, моря, сонных грёз. Горечь мира порождает тьму глубин твоих бездонных, море, горькое от соли, средоточье наших слёз. Соль твоя предохраняет от гниенья наши души, море, солнечная горечь, одиночество без звёзд. * * * Печальный тамаринд с прибрежной дюны, истерзанный восточными ветрами, он чертит охранительные руны вокруг корней мохнатыми ветвями. Любовь его и мука — только море, которое как мачеха надменно и обдаёт солёной влагой корни, лишь притупляя боль шипучей пеной. Влача свой рок в стоическом юродстве, — ни свет, ни мрак, — он рассыпает к лету седую пыль цветов… О сумасбродство: любить, терзаясь, и не ждать ответа! * * * Он был как жердь сухощавым, Дон Кихот из Ла Манчи, и ездил на Росинанте, а рядом с ним — верный Санчо, толстяк на сером осляти. О дон Кихот, Санчо Панса, неразлучная пара, конь да ишак, худоба и праздник плоти — контрасты, которых с детства искала душа моя в странствиях тайных по выцветшим старым эстампам. * * * Ах, мельница ветряная,