– Что там, в глубине? – спросила она. – Если наклониться, видно, как что-то блестит.

Шин почесал в затылке.

– Это разряд, – прошептал он. – Молния, если хочешь. Она застряла в земле, как осколок разломившейся шпаги.

– Ты смеешься надо мной, – возмутилась девочка. – Молния состоит из электричества. Ее нельзя потрогать. Это не твердая материя.

Юный шахтер пожал плечами.

– Молния в твоих местах, может быть, и такова, – отрезал он. – А молнии Шака-Кандарека – совсем иное дело. Существа, сидящие в засаде на облаках, изготавливают их из кусочков звезд. Когда им удается засечь какую-нибудь очень яркую звезду, они откалывают от нее частичку и плавят в доменной печи, как металл. Как только осколок звезды становится жидким, они опрокидывают тигель, и расплавленная звезда выливается на наши головы.

– В Средние века так оборонялись: обливали осаждающих кипящим маслом, – заметила Пегги Сью.

– Точно, – подтвердил Шин Доггерти. – Жидкая звезда – хуже молнии, она разрушает все на своем пути. Коснувшись земли, жидкость остывает, а проникнув глубоко в землю, становится твердой. Когда же она охлаждается до конца, то превращается в большой кусок металла… в золото.

– Я поняла, – вздохнула Пегги. – Вот почему вы долбите землю, ты и твои братья.

– Да, – признался Шин. – Мы изыскатели. Хотим собрать достаточно золота, чтобы уехать из Шака-Кандарека и начать новую жизнь в другом месте. Расплавленные звезды дают самое чистое золото на свете. Но его трудно добывать гранитными орудиями. Породу почти не расколоть.

– А ты не боишься? – поинтересовалась Пегги Сью.

– Боюсь, конечно! – признался Шин – Знаешь, мне просто не по себе, когда я рою породу в глубине туннеля.

– Тем не менее ты продолжаешь…

– Да, нельзя оставаться в Шака-Кандареке. Это край безумцев. Сама убедишься. Сейчас тут все в порядке, тихо-спокойно, вокруг красиво, но, увы, это не надолго.

– Не понимаю, почему те, кто на облаках, выливает вам на головы расплавленные звезды, – настаивала девочка. – В чем причина?