В пыли косые тени. Плохо, душно,

Все здесь не то. Да я и сам другой.

Иду босой, под раскаленным небом…

Дойти б до леса, лечь лицом в траву,

Забыть о всем, что было наяву,

Уснуть – и вскоре зашагать по снегу,

Набрать воды в ботинки, но дойти

До остановки пятого трамвая.

Войти в вагон. Билет не отрывая,

Два трояка небрежно опустить.

Потом – домой по мокрому асфальту.

Пешком. А солнце в синей глубине,

А ветер волосы взъерошит мне,

И надо мне на все смотреть сквозь пальцы.

Ведь жизнь бежит, как струйка по песку,

По камню мчась, и камень разъедает.

И лишь порой тревога сердце сдавит

И боль ударит камнем по виску,

И я проснусь. Проснусь в траве горячей,

Нащупаю потертую суму,

И может быть, не сразу я пойму,

Откуда я и кто. Зачем я прячу

За пазухой кривой булатный нож.

Пойду, однако, по лесной дороге.

Настанет ночь, и месяц тонкорогий

Зальет лучами поле. Выйду в рожь,

Улягусь под огромною копною,

Краюху зачерствевшую умну,

Глаза закрою, вытянусь, усну

И, убаюкан странной тишиною,

Вернусь туда, где солнце не палит,

Где талый снег, трамвай и в дымке время.

…Вот так и жить в двух разных измереньях.

Жаль, что висок не вовремя болит.

1987 апрель

Х Х Х

Кто строит дом из дыма,

Кто строит дым из дома,

Кто просится на дыбу,

Кто просит свою долю.

Кто проживет без пищи,

Лишь воздухом питаясь,

Кто антрикоты ищет

И пачками глотает,

Кто строит дым из дома,

Кто, веря в дом из дыма,

Ползет по коридору

За липкой коркой дынной.