Только раз и только книзу И беспамятному бризу Клок одежды завещаем. 1929 УТЕШИТЕЛЬНОЕ ПИСЬМО А писем нет… И Вам неведом Владеющий почтамтом рок. За завтраком и за обедом Вы ждете запоздалых строк… О как медлительно, как туго Ворочаются пальцы друга. Не снисходящего к письму, Глухого к счастью своему! Но, слогом не пленяя новым, Склоняя Вас к иным словам, С приветом, незнакомым Вам, Нежданное я шлю письмо Вам, И сердца неуемный бой Глушу онегинской строфой. Строфа бессмертного романа, Недюжинных поэтов гуж, Она пригодна для обмана Обманом уязвленных душ. В какой же стиль ее оправить? Каким эпиграфом возглавить? Врагу волшебниц и мадонн Какой приличествует тон? - Я перелистывал письмовник, Незаменимый для портних, - Но я не пакостный жених, И не кузен, и не любовник… Забыта вежливая "ять", И я не знаю, как начать. Ну, как живете? Что видали? В каком вращаетесь кругу? Какие блещут этуали На Коктебельском берегу? А, впрочем, праздные вопросы Стряхнем, как пепел с папиросы, И пусть курится до зари Наркотик легкий causerie. Есть в Коктебеле полу-терем, Полу- чердак, полу-чертог. Живет в нем женщина-цветок, Хранимая покорным зверем. Кто эти двое? - Вы да я (Признаюсь, правды не тая). На севере, в потоке будней, Все так меняется, спеша, Но в зыбке гор, в медузьем студне