Ложится тусклое, огромное пятно;

И прежний сладкий вкус вина, плодов и хлеба

     Я позабыл уже давно…

При звуках детского пленительного смеха

Мне больно; и порой в глубокой тишине

Людские голоса каким-то дальним эхом

Из ближней комнаты доносятся ко мне.

В словах друзей моих ловлю я сожаленье,

Я вижу, как со мной им трудно говорить,

Как в их неискреннем холодном утешенье

Проглядывает мысль: «Тебе недолго жить!»

   А между тем я умереть не в силах:

     Пока есть капля крови в жилах,

Я слишком жить хочу, я не могу не жить!

Пускай же мне грозят борьба, томленье, муки

И после приступов болезни роковой —

Дни, месяцы, года тяжелой мертвой скуки, —

Я все готов терпеть с покорностью немой,

Но только б у меня навек не отнимали

Янтарных облаков и бесконечной дали;

Но только б не совсем из мира я исчез,

И только б иногда мне посмотреть давали

На маленький клочок лазуревых небес!

1885

ВЕСНА

Лучи, что из окна ко мне на стол упали,

Весенний гам и крик задорных воробьев,

На темной лестнице далекий звук рояли

Или лазурь небес, что ярко засияли

Там, меж кирпичных стен теснящихся домов, —

Вот все, что нужно мне для смутного волненья,

Когда бываешь рад, не ведая чему,

И хочется рыдать, и жаждешь вдохновенья,

Когда забыть готов суровую зиму.

Я счастлив только тем, что позабыл мученья,

Что все-таки мне мил и дорог Божий свет,

Что скоро будет май и зашумят дубравы,

Я счастлив, как дитя, тем, что мне двадцать лет,

Я счастлив без любви, без гордых дел и славы.