Но растут великие крыла. Час придет — исчезнет мысль о теле, Станет высь прозрачна и светла. Так светла, как в день веселой встречи, Так прозрачна, как твоя мечта. Ты услышишь сладостные речи, Новой силой расцветут уста. Мы с тобой подняться не успели,— Загорелся мой тяжелый щит. Пусть же ныне в роковом приделе, Одинокий, в сердце догорит. Новый щит я подниму для встречи, Вознесу живое сердце вновь. Ты услышишь сладостные речи, Ты ответишь на мою любовь. Час придет — в холодные мятели Даль весны заглянет, весела. Я укрыт до времени в приделе. Но растут всемощные крыла.

29 января 1902 (1918)

«Целый день — суета у могил…»

Целый день — суета у могил. В синеватом кадильном дыму Неизвестный уныло бродил, Но открылся — лишь мне одному. Не впервые встречаюсь я с ним. Он — безликий и странный пришлец. Задрожали бы все перед ним, Мне же — радостен бледный мертвец. Мглистый призрак стоял предо мной В синеватом куреньи кадил. Он владеет моею душой. Он за мною тогда приходил.

Январь 1902 (1918)

«Война горит неукротимо…»

Война горит неукротимо, Но ты задумайся на миг,— И голубое станет зримо, И в голубом — Печальный Лик. Лишь загляни смиренным оком В непреходящую лазурь,— Там — в тихом, в голубом, в широком