«Слава богу, — говорил Жардек, — теперь у нас есть все: дом и ребенок». Он говорил это по-польски, поскольку тогда не знал никакого другого языка, и, если быть откровенным, так и не выучил ни одного, если не считать нескольких иностранных слов.

В тот год, когда началась эта история, Франческо было десять лет, Гасси — девять, а Анне — восемь. Это было особенное лето, потому что они целых два месяца жили с Жардеком и Бабкой. А получилось так потому, что этим летом у Кристофера была выставка картин на другом конце Турции. За два месяца он должен был успеть вставить свои картины в рамы и написать пару новых. Да и Того не мешало бы отдохнуть перед путешествием на другой конец Турции, ведь он был уже не молод, а дом на колесах ему предстояло везти много-много миль.

За эти два месяца нужно было также обсудить некоторые очень важные планы. Когда дети гостили у Жардека, он всех их учил танцевать. Какой смысл иметь дедушку профессионального учителя танцев, если он не учит внуков танцевать? С мальчиками у Жардека не очень-то получалось. Конечно, они танцевали лучше, чем большинство их ровесников, потому что их правильно учили, но в них не было того огонька, который Жардек так искал.

С Анной все было иначе. С того момента как девочка начала ходить, каждый раз, когда слышалась музыка, она не могла устоять на месте и начинала танцевать. Когда Анна была еще маленькой, Жардек просто играл ей на скрипке, а внучка танцевала в свое удовольствие. Когда ей исполнилось шесть лет, Жардек начал ее учить. Ничего сложного — только пять позиций, упражнения и простые па. Но он уже почувствовал, что в его собственной внучке есть тот самый редкий огонек, который он искал всю жизнь.