этих бесполезных, белых чаек что на сцене так ославил Чехов. Переводит нам по буквам, снизу-ввысь он: «Назовись, откликнись, полуостров „Слов“ полустанок, полуарктик, полуплато с кельями на кольях для икаров». А под ними «тык-тык» — парами пингвины ходят по лугам, залитых солнцем, оранжевых ромашек, филиалок, точек черных маковых росинок. Красотища! Упитанные, много, в роде — тыщи! Тех кто себя «хлоп-хлоп» по животику а напротив их смешно жестикулируют тоже, но поменьше, но пингвины! Бог читает выстроенное ими Имя! Мы под ним лежим сося за вымя и поэтому не видим «ни пингвина» только яйца, кладку, да парную напись: «Накусь!»! Назовись, окликнись, выдусь, обобросся, Линия идущих точек в Рось На какой же ты конец земли отправилась…?…. — Милый, Отче, Господи, забрось! — Пингвины, «Мось»!

«День защитника Отечества. Пароль»

Солдаты! Бегут в атаку за тебя хоть им и страшно, едят два года котелок перловой каши, за ними ходят по пятам от Смерти сваты, Солдаты во сне как дети, когда их лик святой ракетница осветит. Солдаты! У них в руках война и мир на всей планете зашит в трусы весной в кино второй билетик и бриллиантик из застывшей слезы мамы. О Бог! На День надень Защитника Отечества шинель, чтобы не видно было сердцем эти шрамы, когда их челн простой омоет