из хаоса вернулся чувств, и там,

где были в церкви образы святые,

мозаики дополнил золотые

прекрасным образом, и меч в персты ей

вложил, Воительнице, в помощь нам.

Молись хоть так:

"Ты - смысл глубинный мой,

тебя, поверь, я не разочарую,

в своей крови я вихрь и ветер чую,

но знаю - создан из тоски немой.

Так разыгралась надо мной гроза.

Так жизнь строга в тени ее невзгод.

Впервые я гляжу в твои глаза,

ты - чувств восход.

Ты - Дева, ты - чиста.

Была и та, что, трепетней листа,

меня влекла в осеннем одеянье.

Но и с чужбин ты говоришь, Молчанье.

И неспроста

во все глаза гляжу на холм - в сиянье".

x x x

Я славлю Господа молчаньем.

Немые гимны я вздымал

в час откровенный - незвучаньем:

велик в очах Твоих, и - мал.

Ты отличишь меня в темнотах

от тех, что не встают с колен:

форм, сбившихся в стада, и вот их

пасу под вечер на высотах,

язычников, бегущих в тлен.

За ними я слежу, томлюсь,

и слышу, как мосты запели,

и в их топтаниях без цели

залог, что я еще вернусь.

x x x

Как мне вместить Твой час, чреватый

пространством? - этот час, когда Ты

весь отдавался голосам.

_Ничто_ - как гвозди в язвах, Святый.

Творение Тебе - бальзам.

Теперь _Ничто_ врачует нас.

Нас выпили былые лета,

избавив от горячки, - это

_м_ы_ в шатком обмороке света

пульс бездны чувствуем подчас.

_Ничто_ - под нами. Ничего.

Лежим, заткнув собою щели.

А Ты растешь без всякой цели

в тени от Лика Своего.

x x x

Все те, кто простирает длани,

минуя время - нищий град,