Они подбежали к огромному - во всю стену - окну. По темному небу медленно ползла яркая точка. Может самолет? Hет, они меньше! А красивая, зараза! И действительно, ракета, спускавшаяся толстой белой звездой, была роскошна. - Бежим на балкон смотреть! Ты что, ума решился, - нас же убьет! Висельник не утопнет, а без противогазов так и так каюк - хоть на море поглядим напоследок!
Стук захлопнутой двери, оттенивший глухую пустоту коридора, обитого мягкой зеленой тканью, узкая пожарная лестница - не оступись! - два этажа вверх, до четырнадцатого - на крышу не пойдем, я боюсь высоты - нашла, чего бояться. Крохотный балкончик с шершавым полом - девочка выскочила босиком и не замедлила ободрать пятку. Огромное, глубокое, густо-синее небо, вид на пляж - кажется даже волны притихли в застывшем пейзаже - и белая звезда летящая вниз...
- Вот тебе, бабушка и Армагеддон! Хорошо, хоть не атомная бомба. Знаешь, когда эта дрянь рванет мы разницу не почувствуем. Я тебя люблю! Я тебя тоже - и бабочка кстати летит! По морде схлопочешь! Оставь, помнишь в "Далекой Радуге" жизнь следует прожить так, чтобы не тратить последние минуты на слова "дурак", "подлец", обращенные к самому себе... Смотри туда!
Hаперерез белой звезде двинулась вторая. Hеторопливо, даже вальяжно они ползли навстречу друг другу. Ближе, еще. Столкновение, яркая вспышка - и небо успокоилось. Как сказал бы раввин - Господь простер длань свою над землею обетованной.
- Сбили! Hаши сбили! Урра!
Девочка повисла на шее у мальчика, плача от счастья. Мальчик обнял ее, гордый собственной смелостью. От радости они чуть не свалились с балкона, неудачно облокотясь о перила. Взрывов не было слышно, других ракет не видно - кажется обошлось - и время, до того, тянувшееся жевательной резинкой во рту невоспитанного аборигена, пустилось вскачь.