И когда, наконец, колокола все-таки зазвонили, возвещая о рождении принцессы, злобные Колокольные Жители пришли в ярость. Разумеется, не звонить они не могли, - колокол всегда звонит, если потянуть за веревку, но голоса их звучали так гнусно и сипло, что все были просто-таки шокированы.
- Подумать только, что предки наши превозносили эти колокола до небес, - говорил народ. - Прямо скажем, хорошим вкусом люди в старину не отличались.
(Вы, конечно, не забыли, что колокола молчали вот уже почти две сотни лет.)
- Вот тоже напасть, пойди пойми этих древних, - заметил король королеве. - А я-то всегда верил, что у колоколов этих и впрямь прекрасные голоса.
- Прегадкие голоса, - фыркнула королева, и была права. Той же ночью ленивые Колокольные Жители спустились с колокольни, снедаемые ненавистью к принцессе, чье рождение потревожило их праздное ничегонеделание. А ярость бездельника, которого заставили работать против воли, не сравнима ни с чем.
В сотканных из пыли платьях, в плащах из паутины, Колокольные Жители выбрались из-под темных куполов, осторожно спустились вниз, прокрались во дворец, где все уже давным-давно легли спать, и обступили перламутровую колыбельку, где почивала новорожденная принцесса. Все семеро простерли черные правые руки над белоснежным атласным одеяльцем, и старший дух, самый сиплый и самый ленивый, объявил:
- С каждым днем она будет становиться все безобразнее и безобразнее, не считая воскресений; а каждое воскресенье она станет являться взору в семь раз краше, нежели в воскресенье предыдущее.
- Почему бы не сказать: безобразнее с каждым днем, а в воскресенье двойная порция? - возмутился один из духов, самый юный и самый злокозненный.
- Потому что правил без исключений не бывает, - ответствовал самый старший, самый сиплый и самый ленивый. - Кроме того, ежели раз в неделю она ощутит себя красавицей, в остальные дни ей придется куда горше. И, злорадно добавил он, - так будет продолжаться до тех пор, пока принцесса не отыщет колокол, который не звонит, звонить не может, не будет, и отлит был совсем с иной целью.