И только экспроприаторам ни хрена. Им кузькину мать. Всё отобрать и поделить. И это всё вместе называется защитой революции, где весь мир рушится до основания, а затем собираются строить, что удасться или не удасться построить. Да, здравствует Великая пролетарская Революция, да здравствует все, кто хочет запустить на орбиту мировую Революцию, строить и социализм, и коммунизм в отдельно взятой стране, где Партия торжественно заявляет, что нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме. Но это только в будущем. А сейчас, – бороться с внешним и внутренним врагом за это самое светлое бу-дущее впереди, где пока всё темно и неясно, где каждый кусок на счету, где голод повсеместный, где изо всех щелей выгдядывает белогвардейщина, где продажная интеллигенция желает извести со света белого дорогую надежу все-го мирового пролетариата Ильича, т.е. Ульянова, в карма-не держащего руки и, иногда, выбрасывающего одну из рук в направлении этого самого будущего, в порыве кото-рого весь накал страстей того времени, когда всем обществом будем делать "нужники из золота", а пока это самое за-лото, откупившись которым имеем Брестский Мир, – на-столько хрупкий, что его запросто пытаются разрущить двурушники Ленина: и правые, и левые эсеры, обзываю-щие себя социалистами – революционарами и даже стреляющими в самого Ильча из браунинга любящей Ильича Фанни Каплан, чтоб ей ни дна, ни покрышки сгореть в бочке, запаленной комендантом самого Кремля, а по та-кому поводу без суда и следствия брать в заложники и расстреливать, и расстреливать буржуазную сволочь, если она не показала своей преданности делу рабочего класса, расстреливать и казнить, казнить и ссылать всю церковную братию, в руках которой, награбленные сокровища, опоенного опиумом народа, который все эти сокровища Церкви добровольно и отдал. А неопоенный опиумом Чело-век разве отдаст кому либо свое добро. Революционный шаг Новой власти говорит: "Никак не отдаст! Это церков-ники в свою пользу ограбили бедный народ!".