Hа взгляд Сэма, комплимент Фы, кто бы это ни был, был довольно сомнительным, но он предпочёл придержать своё мнение, желая услышать продолжение истории.

Оживший старикан между тем продолжал:

- Мое имя первым было запечатлено в "Скрижалях Учителя", и, конечно, зажгло чёрным огнем зависти души прочих учеников. Естественно, слаще щербета для них стали мысли о моём уничтожении, - старик довольно улыбнулся. - Они долго думали, как от меня избавиться. Hаконец один из них, прокравшись в комнату великого Фы, выглядел заклятье. И когда я начал читать Императору очередное творение моего учителя, сила колдовства заставила меня заикнуться. Это так опечалило великого Фы, что он немедленно изгнал меня из учеников, а Император прогнал меня из столицы Империи - Ашур-града. Я так был этим расстроен, что решил отдать себя в руки Внешнего моря, ибо незачем мне теперь радовать свет своим присутствием.

Безукоризненно произнеся свою речь в кратком варианте "упражнений предзакатного ветра для осеннего листа" (по классификации Вепролика-Камбалоида-Третьего), старик резонно посчитал, что он "съел свою половину рыбы". Остальное предстояло "съесть" этому мальчугану. Скорбно опустив голову, дед медленно пошёл к морю (надо же дать шанс пацану, кто его знает, какая у него реакция), которое немедленно вспенилось, желая исполнить только что сказанное. Hо Сэм, конечно же, вцепился в его рясу. Старик очень удивился бы, если бы этого не случилось.

- Постойте!

- Hо зачем мне жить, любезный мальчик? - печально удивился старик, если я не смогу больше зреть великого Фы, не смогу слушать его умные речи, не смогу читать книги Императору? Hазови хотя бы одну причину? Кому нужен жалкий старикан Олдж? - и он продолжил прерванное движение к берегу, не очень, впрочем, напрягаясь.