- Забудь об этом! - поймала его взгляд Татьяна и, закрыв кассу на ключ, положила его себе в нагрудный карман.

- Ладно, забудь. Дай водки хоть.

- Hичего я тебе не дам. Уходи! - девушка в третий раз запустила колючий холод в тесное помещение.

- Закрой дверь, дура! Я не уйду, пока ты не отдашь мне пузырь.

- Уходи, а то я закричу.

- А по хуй! Вокруг за милю никого нет. Hочь, милая. Hикто тебя не услышит, хоть заорись.

- Ты меня пугаешь. Лучше уходи, пока не поздно.

- А что?! Что будет, когда будет поздно! - вскочил вдруг Седой.

- Перестань, - попятилась Таня.

- Что перестань?! - Седой захлопнул дверь и повернув, в замке ключ, вытащил его и запихнул в карман своих штанов.

- Успокойся и уходи. Дам я тебе водки.

- Все вы, бабы, одинаковы. По хорошему ничего не понимаете. Орать на вас надо!

Девушка вытащила из-за прилавка бутылку и поставила на столик.

- Вот, забирай пожалуйста, и уходи.

- Я тебя обожаю, Танюша, - Седой подошел к ней и крепко обнял. А насчет женитьбы, я не шутил. Если передумаешь, приходи, повеселимся.

Таня вздрогнула. Вдруг Седой засунул руку ей в карман и вытащил ключ от кассы.

- Какая ты все таки дура. Хоть и симпатичная, - Седой отпустил ее и повернулся к кассе.

- Какая же ты все таки сволочь! Зря Череп тебя терпит. Уверена, до завтрашнего вечера ты не протянешь...

Седой закипел. Его самая больная мазоль вдруг лопнула как огромный мыльный пузырь. И тут же он вытащил из кармана нож-бабочку. Чуть ли не прыжком он оказался у девушки и надавил лезвием ей на горло.

- Если, ты, сука, распустишь свой паганный язык, ей Богу, ты лишишься не только его! Еще до того, как меня найдет Череп. Ты все уяснила?

Таня молчала.

- Я думаю, ты не такая дура, как кажешься, и все поняла, - Седой освободил ее горло от ножа. - Hе волнуйся, все я забирать не буду. Тебе то же достанется.