Шулер я и жулик... вай-вай-вай жулик какой! Родной брат, злой бай - большой в кишлак человек, знаешь? Ой-бой! последний таньга выманил! Хан хихвинский знаешь? Гарем совсем выиграл, вот какой я жулик! Колода промелькнула в руках восточного человека серебристым веером, подпрыгнула, перевернулась, перетасовалась и сама себя раздала. Малахаец сделал легкое движение рукой, подхватил розданные карты и начал играть левая рука против правой. Карты воробьями и тушканчиками прыгали перед моим взором, сражались, брали друг друга в плен, заключали союзы, пакты и брачные контракты. Временами раздавалось мелодичное позвякивание - то деньги кочевали из левого кармана игрока в правый и обратно. Какое-то время левая рука играла на расписки, потом отыгралась и пошла в контрнаступление. Правая рука оказалась на грани банкротства, затем заняла у меня пятерку и начала отыгрываться. После сотой партии я не выдержал: - Hу ты и проходимец, друг! Как же тебя зовут? - Обидан, однако. Искандер ибн Афанди. - А я Согер, Василий, Агенобарба сын. Очень приятственно! И куда ж ты, ибн Афанди путь держишь? - Бродяжу, однако! Пыр-мир смотрю, злой бай ашбым-бырглы! - А бродяжь тогда с нами, ибн Афанди! Человек ты хороший, хитроумный да не озлобленный... А вместе все ж веселей, да сподручней! Обидан прослезился и согласился, а я отобрал у него свою пятерку и стал угощать его кумысом и бараниной. Вскоре подошел грустный Одамно - здесь не принимали бурдюки из-под араки. Увидев Искандера, он оживился и стал его гнусно спаивать, так что к концу дня непривычный к спиртному ибн Афанди лыка не вязал и лишь икал задумчиво: - Однако, нет пива вкусней "Владимира Мономаха"... А Одамно поддакивал: - И я пророк его! Один из заморских гостей в углу посмотрел на нашу задушевную компанию, пьяно стукнул кружкой и сказал на чистом италинском: - Пошли, Даймон, в бридж перекинемся с болваном.