Тучка-овечка превратилась тем временем в тучку-зайку, и в тучку-кильку после, солнышко выплюнула, расстроилась конфузу такому и растаяла. А я темные очки надел, отсутствие небритого соседа своего на соседнем балконе проверил, и еще за пивом в холодильник сгонял, теперь и правда за последним. Пить его из-за соседа пришлось быстро, чтобы не уличил негодяй этот поступок мой бессовестный, да и уважать ненароком меня из-за этого не перестал. Уважения ведь в наше время вещь о какая необходимая, куда нам без него, даже вода горячая в квартире неуважаемого человека и то не по всем дням бывает.

В общем, зубы ныли от холодного пива, но темные очки компенсировали приятно глаз расслабить в такой солнечный день. Занавески в окне напротив задернули, мелькнув напоследок симпатичным бюстиком, голуби над дорогой пролетели, и сирена милицейская провыла стремительно, слева направо, в напралении коммунального моста. Скучно и грустно. Отпуск.

Теперь я девушку внизу наблюдаю. Довольно приятную, и к будке телефона-автомата спешащюю. Заскочила она в него, и тут же, секунд через несколько, телефон в квартире радостно зазвонил - бегу поднимать трубку.

- Алло ! - и быстрее, быстрее, на балкон выбираюсь, с телефонным аппаратом, шнуром, как плеткой манипулирую, чтобы за мебель разную не цеплялся.

- Игорь ?

- Я, конечно я. Что-то я тебя не узнал сразу. Тебе этот сарафанчик очень даже идет, милая моя. - вкрадчивым голосом вещаю, безмерно радуясь при этом такому достижению прогресса, как телефон, и восхваляя в уме его изобретателя.

- Ах, этот сарафан... Но откуда ты знаешь ? - удивляется она.