— Да. В городе видел. В зоопарке. Он по клетке ходит.

— Чё ему ходить? Лежал бы.

— Я не знаю... У него глаза маленькие.

— А он сильно большой?

— Большой, — уважительно говорит Карысь, — под самую крышу.

— Какую крышу?

— Ну, в клетке. Там клетка из прутиков, чтобы смотреть можно было и колбасу бросить, если не жалко.

— Ты-то бросал?

— Не-е, у меня не было.

— А сам, поди, лопал?

И в это время они вошли в лес. Дорога с трудом протиснулась между первыми вековыми елями и пошла петлять, бросаясь в сторону от каждого пня и валежины. Мягким бугорком лежал вдоль дороги зелёный, с проседью, мох, простроченный частыми кустиками морошки. Сыростью и вековым покоем пахнуло на мальчишек из тайги, и они враз притихли и незаметно для себя прибавили шаг.

Солнце всё ещё стояло высоко, но уже не казалось жарким. Скрылись из вида далёкие сопки и родное село, в неведомые дали убегала дорога, сквозь которую тут и там проступали толстые витые корневища. Какие-то большие птицы со свистом пролетали мимо них, несколько раз прокуковала кукушка, а потом однообразный и звонкий стук по дереву долго сопровождал мальчишек.

— А если весь день идти и идти, то лес кончится? — тихо спрашивает Карысь.

— Жди, — уверенно отвечает Васька, — его самолётом и то за день не пролетишь.

Ваське уже сравнялось семь лет, и он этой осенью пойдёт в школу. Васька растёт без отца и потому привык к некоторой самостоятельности суждений и поступков. К женщинам он относится снисходительно, но мать свою очень любит. Васька мечтает вырасти большим и ездить на лесовозе, но об этом он пока что никому не говорит.

У Карыся есть отец и мать. Но он мечтает, чтобы ещё была и лодка. С лодкой у Карыся связаны самые заветные мечты: он хочет посмотреть, где кончается вода. Взрослые об этом не знают или не хотят говорить, но когда-нибудь Карысь им сам расскажет об этом.