— Тихо! — прошептал Васька и замер на дороге. — Ты слышишь?
Карысь повертел головой и даже присел на корточки, но ничего не услышал.
— Нет, — тоже шёпотом, округляя глаза, ответил он,— а что?
— Там кто-то есть,— кивком головы указывая вперёд, сказал Васька. — Слышишь, тарахтит?
Теперь и Карысь услышал неясный шум, причину которого понять было невозможно.
— Давай в тайге спрячемся! — встревожено предлагает Карысь.
— Не, — качает головой Васька, — там ему легче к нам подкрасться.
— Кому? — теперь уже совершенно испуганно спрашивает Карысь и озирается по сторонам.
Ответить Васька не успел, потому как враз стало ясно — по лесу едет телега. Теперь они даже стук колёс по корневищам различали, а вскоре из-за поворота, задевая лохматые ветви дугой, показалась голова лошади. И малыши разом признали в этой голове с большим белым пятном под правым глазом леспромхозовскую Стрелку.
Заметив ребятишек, Стрелка покачала головой и остановилась.
— Н-но! Встала! — сердито крикнул дед Плехеев и подёргал вожжи. Но Стрелка и не думала трогаться с места. Навострив чёрные уши, она с любопытством смотрела на ребят.
— Тю, сдурела?! — уже действительно рассердился дед Плехеев и потянулся обломать прутик. И тут он заметил ребят...
— Вот оно что, — удивлённо протянул дед и отложил вожжи в сторону. — А ну, огольцы, ступайте ближе. Живее, живее. Вы это как сюда попали?
— Мы на Гнилую протоку идём, — упрямо нагнул круг лую голову Васька. Карысь робко выглядывал из-за его спины.
— Ух ты, самостоятельные, — усмехнулся в реденькую бородку дед и вдруг строго прикрикнул: — А ну, марш в телегу, путешественники! Я вот вам дам протоку и ещё родителям всё расскажу. Этак-то прошлым летом Гришка Сорокин ушёл, и по сей день ходит. Ну, кому я сказал?