- Успокойтесь, - сказал Петя, - а то сейчас снизу кто-нибудь придет. А ну-ка, попробуем знаете какое волшебное слово?…

Мышки уставились на Петю, и сейчас он ясно видел, что они ему верят.

- Ге-ке-то-бе-ре!

- Ге-ке-то-бе-ре… Вот это да-а!… Гекетобере, гекетобере, - старательно выговаривали Мышки. - Отворись, дверь!

Петя и сам не мог объяснить, откуда взялось у него в голове это слово. Возникло - и все. Так и раньше бывало.

И вдруг на глазах у всех, да-да, все это видели - и Петя, и октябрята - дверь затряслась! Дверь затряслась, как будто ее подергали изнутри, и сразу утихла.

И Петя и все побледнели. Один октябренок повернулся И побежал.

Первым пришел в себя Бесценный. Он сказал:

- Там кто-то сидит!…

«Что же это, - лихорадочно соображал Петя, - неужели и в самом деле существует волшебная сила? Но это ужасно!… Что ж делать? Бежать?… Звать на помощь?…»

Там, внизу, всего через два лестничных марша, ходили его одноклассники и дежурные учителя. Всего лишь пять секунд нужно было на то, чтобы снова оказаться в нормальной, вполне объяснимой и нисколько не страшной жизни. Но какая-то сила не давала ему побежать и увлечь за собой остальных. Что-то неожиданно твердое прокатилось по Петиным мускулам, и он, сжав кулаки, крикнул:

- Гекетобере! Отворись!

- Да сейчас, - пробормотали с той стороны, и снова дверь затряслась. - Куда ты торопишься? Видишь, с ключами какая-то путаница…

Дважды проскрипел ключ в скважине, и дверь медленно отворилась.

- А-а!… - закричали Мышки и прямо-таки посыпались с лестницы.

А Петя стоял, прижавшись к перилам, и страх еще не оставил его, а владел каждым мускулом, каждой косточкой, хотя он ясно видел, что перед ним стоит вполне нормальный, еще совсем молодой человек. Одет он был в военный бушлат зеленого цвета, через плечо у него была перекинута планшетка, а из-под шапки торчал пышный, цвета бледной соломы чуб.