- Ведь человек имеет право быть самим собой? - вопрошала она скорее себя, чем меня, вела со своим "альтер эго" давний, ни на минуту не прекращающийся спор. - Почему люди якобы нормальные стараются обрезать, - тут она улыбнулась получившемуся каламбуру, - обрезать иных под себя? Подровнять, подстругать, выстроить в одну шеренгу? Почему "другие", непохожие на всех остальных, считаются неполноценными, ненормальными, которым место в цирке или в студии циничной эпатажной передачки?

- Слишком много "почему", Сандра. Человечество, вернее его мелкие враждующие группки, боится чужих, ксенофобия у людей в крови, иначе, наш город бы не превратился в мертвую зону, о которой, подозреваю никто не знает. аверное, это правильный страх, потому что цивилизация жива до сих пор.

- ет! - яростно возразила Сандра, - может, в каменном веке это и было справедливым, но сейчас пора избавляться от дикарских страхов! Ведь грядут большие перемены. - Она как будто очнулась. - Что я сейчас сказала?

- Ты говорила о переменах...

- Да... - Сандра взглянула на часы. - Эй, подруга, уже утро! е пора ли нам совершить набег на таинственный дом 76, квартиру 3?

- Пора... Только... Как мне тебя теперь называть? Алекс или Сандра?

- Когда я занимаюсь сексом, требую, чтобы меня звали Алексом, но ты обзывай меня Сандрой, так привычнее.

Мы стали собираться, а я старалась не смотреть в глаза странному существу, с которым меня так грубо свела судьба. Я очень боялась, что оно увидит в моих глазах ненужное ему сочувствие.

Глава третья

Мадонна с младенцем

Тяжелый рюкзак оттягивал плечи, и Карина через каждые пять шагов злобно встряхивала ненавистную ношу. Карине нужны деньги, много денег, потому что водку не сбрасывают с вертолета в качестве гуманитарной помощи, а продают жадные мародеры, наживающиеся на чужой беде. енависть, ненависть, ненависть, - вот, что давно поселилось в ее душе.