«Это ведет свои полчища на могучий и древний Хорезм страшное чудовище аждарха! Надо спасать падишаха!» — мгновенно решил Довран и ловко спустился с крыши. Тотчас он выскочил со двора и метнулся к реке. До песчаной косы, где находилось «волшебное царство» Доврана, примерно полкилометра, но если плыть к нему по реке — то гораздо ближе. Можно было сесть в лодку, но еще лучше — самому вплавь. Довран, остановившись у обрыва, еще раз взглянул на реку, на зеленые дженгели и прыгнул в воду.

Плавал он хорошо: на воде держался легче пробкового поплавка, а руками и ногами управлял не хуже, чем рыба. Да и немудрено было научиться, живя с самого дня рождения рядом с рекой. Амударья вошла в жизнь мальчика так же естественно, как, скажем, дорога в пески, по которой он ходил за саксаулом, или сама пустыня, где чувствовал себя он так же естественно, как в собственной хижине. В прошлом году, поздним летом, когда упал уровень воды и образовалось много островков и отмелей, Довран даже переплыл на другой берег, к дженгелям. Только войти в их чащобу не осмелился, побоялся набрести на волка или гиену. Да и комаров там столько, что кое-как отбился от них. Сейчас, когда воды в реке с каждым днем прибывает, к дженгелям вплавь не добраться. Даже у самого берега несет тебя с такой силой, словно на бешеном скакуне скачешь. Волны оплескивали подбородок и шею мальчика, оставляя на ушах и загривке хлопья пены. Они подбрасывали его на свои шипящие гребни и, опуская, заслоняли собой пологий лесистый берег, потянувшийся сразу же, едва Довран миновал взгорок и обрыв над которым стояла его хижина. Еще метров сто и — вот он — плес с красивым дугообразным берегом, заросшим тамариском. Сейчас тамариск во всю цвел, и казалось, что кусты его покрыты царственными розами.

Зябко поеживаясь, Довран вышел из воды и направился к своему «волшебному царству», прислушиваясь— не повторятся ли еще раз таинственные звуки. «Царство» находилось в старой барже. Со стороны песков ее вовсе не было видно, и лишь с реки, когда плывешь по ней, виднелся ржавый корпус, больше чем наполовину, скрытый песком и растительностью.