Ира окончательно покинула своё место, подошла к подоконнику, взгромоздилась на него, и, внимательно смотря на Пашу, стала раскачивать своими длинными красивыми ногами.

- Hет, ну списать это понятно, если ты не свинья неблагодарная, то в душе хоть, а поблагодаришь, а вот так вот чтобы посмотрел на девушку, и сердце забилось быстрей и чтобы захотелось с ней что-то сделать.

- Я чё, больной что ли, - удивился Пашка, - что с ней делать-то, не целовать же?

- Hаверное, больной, - Ирка вздохнула, в очередной раз окинула себя взглядом и слезла с подоконника.

- А почему больной? - Пашка слабо, но заинтересовался темой разговора.

- Потому что должен бы уже полюбить кого-то, ведь для чего тогда жить, если не любить совсем, - пафосно заявила Ира и уселась за парту, соседнюю к собеседнику.

- А если любить, то тогда вроде как и жить есть зачем?

- Hу конечно: живёшь, значит любишь. Любишь - значит живёшь.

- Враньё! - со знанием дела заявил Паша, - я вот не люблю и живу. И ничего, нормально живу, не жалуюсь.

- Глупый ты, - Ирка вздохнула и долго посмотрела на Пашу.

- Ты больно умная, - пробурчал он и попытался углубиться в текст. Текст поражал обилием новых слов и синтаксических конструкций и символизировал собой знак вечного взаимного непонимания людей разных мест обитания. - А почему никого больше нет? Мы что самые левые что ли?

- А фиг его знает, может, опаздывают, может, просто забили на всё. Тебе-то что: будет людей мало - распустят.

- Типа ты нашу англичанку не знаешь?

- Hу... знаю... - немного неуверенно проговорила Ирка. - Hет, и правда, странно чего никого нет. Может, что и произошло... Может посмотришь?