Обыкновенные примитивные животные, а вовсе не звёзды в космическом понимании этого слова. Так и с этой капустой. Мы поедаем водоросли, а думаем, что жуём благородный овощ!

-Это всё, конечно, жутко интересно, - скучным голосом говорит Чарли, Hо у меня от этих твоих рассуждений уже началась морская болезнь!

-Это не от моих рассуждений. Это оттого, что ты очень мало ешь!

-Это оттого, что мне ещё с утра жутко хочется курить. А курить у меня нечего.

Приходится делиться последним. Чарли возлежит на кровати с сигаретой в одной руке и стопариком в другой и пытается рассуждать о наказаниях свыше.

-Вот как ты думаешь, за что на меня ниспослан этот радикулит?

-Hе знаю. Может быть за то, что ты не желаешь разговаривать со своими поклонницами?

-А зачем мне с ними разговаривать? Пусть поклоняются издали. Кстати, они сегодня приходили?

-Кажется, нет.

-Чёртовы бабы! Стоит не явиться один раз, как они уже дезертируют. Hо поверь мне, радикулит тут совсем не при чём.

И Чарли рассказывает мне свою версию - да такую неприличную!

Плавно течёт беседа, скачкообразно льётся водка, плавает в воздухе сигаретный дым, журчит на кухне радио. Кто мы? Почему мы здесь?

-Мы просто два автора в поисках себя, - задумчиво произношу я.

Чарли морщится - то ли от боли, то ли от моей фразы, дотягивается до CDпроигрывателя и ставит какой-то диск.

-Принеси что ли еды какой-нибудь из кухни.

-По-моему, там остался только засохший батон и немного кошачьего корма.

-Тащи батон.

Хорошо, когда рядом живой человек - пусть временно недееспособный, но надёжный - в котором, если приглядеться, можно увидеть фрагменты своего отражения. Hаши разговоры спонтанны и в то же время - неслучайны.

-У Сильвио опять появился новый любимчик.