- Твоя душа еще жива. Почему ты просишь меня остаться?

- Потому что на Дороге больше нет жизни. Ты всем будешь говорить о вере, ты не сможешь смолчать, но там нет даже лицемерия... Я знаю, я видел. Мой дом - последняя грань жизни Дороги.

- Что охраняешь ты?

- Врата смерти.

- Hет конца Дороге!

- Как же ты веришь...

- Прощай.

Туман вновь окутал его плечи, а глаза, блестевшие алмазами, вновь погасли. Обреченная ушла. Она не оборачивалась, а потому не видела, как дом Равнодушия рухнул за ее спиной.

- Боги! Я пойду за ней. Я - клятвопреступник, я переборю свое проклятие, я пойду в мир смерти с ней, чтобы нести жизнь. Или чтобы спасти ее, нет в мире обреченности.

- Hет. Проклятие неодолимо. Ее вера живет только на Дороге Одиночества. Hевозможно идти по этой Дороге вдвоем. Когда же придут другие, дом Равнодушия задержит их - ты встреть их и скажи о смерти. Быть может, они повернут назад.

- Обреченные волей вашего безумия - не повернут.

- Как и Равнодушие не обернется жалостью.

Дом устоял. Смерть осталась. Обреченная ушла. А когда Дорога оборвалась и врата смерти открылись, вера умерла. ...

- А зачем же была Дорога? И Проклятье? И... разве все было впустую?

- Спроси у богов, детка. Их мудрость непонятна смертным. И им самим.