Ясно: мама хромает и не хочет пугать единственного сына. Вряд ли ее серьезно ранили – тогда она угодила бы в госпиталь. Но то, что мама сильно ушиблась или подвернула ногу, это точно.
Параллельный телефон на кухне то и дело начинал тилиликать. Мама один за другим набирала номера и ни по одному из них не разговаривала дольше минуты. Теперь Блинков-младший не сомневался: случилось что-то необычное и опасное!
Глава III
Подходящие условия для ранбольной
В дверь позвонили, и Блинков-младший пошел открывать. На пороге стоял незнакомый врач с медицинским ящиком и в зеленой форменной рубашке под белым халатом.
– Где тут ранбольная? – спросил он.
Блинков-младший сообразил, что «ранбольная» – это особое военно-медицинское словечко. Она и раненая, и больная (не здоровая же, если ранена).
– Здесь. Проходите, – сказал он, провожая врача в свою комнату.
Оказывается, мама успела перебраться к себе. И снова Блинков-младший не видел, как она ходит. Он стал всерьез волноваться.
Мама лежала на диване в спортивном костюме и держала на щеке ватку со свинцовой примочкой. Военный врач стал осматривать ранбольную, а Митьку выставил за дверь.
Он остался ждать в коридоре. Было слышно, как врач со щелчком открыл защелку своего ящика. Потом за дверью тихо забубнили. Врач о чем-то спрашивал, а мама коротко отвечала. Один раз она болезненно охнула и тут же громко сказала:
– Ой, у вас слушка холодная.
Старший Блинков пришел, когда осмотр еще не кончился. Блинков-младший специально ничего ему не сказал. Пускай папа войдет в комнату, и тогда можно будет из-за его плеча подсмотреть, что там доктор делает с ранбольной.