Он забрал планшет с трибуны и под шквал аплодисментов направился к своему месту.

— Да, этот не остановится, — пробормотал Арик.

— Он не так уж и плох, — заметил отец. — Существует небольшая, но очень шумная группа политиков, которые считают, что Содружеству давно не хватает сильного врага, который заставит народы и расы Содружества заново сомкнуть ряды и дружно двинуться в одном направлении.

— И, конечно, под мудрым руководством Севкоора.

— Некоторые искренне считают, что так будет лучше для всех, — пожал плечами старший Кавано. — Но хватает и тех, кто придерживается совершенна иных точек зрения.

— «Цирцею» уже упоминали?

— Нет еще, — помрачнел отец, — но это только вопрос времени.

Арик искоса рассматривал отцовский профиль. Запавшие щеки, затравленный взгляд. Его мучают воспоминания.

— Ты же не хочешь, чтобы это повторилось, правда? Лорд Стюарт вздохнул:

— Для тебя «Цирцея», как и для большинства собравшихся здесь, — кивнул он на партер центрального зала Парламента, — дело давно минувших дней, чуть ли не легенда. Да что там говорить, даже для моих ровесников «Цирцея» была только колонкой цифп, краткой сводкой с поля боя. Но я был там. И все видел.

— Я не знал, что ты был на Келадоне, — нахмурился Арик.

— Нет, я не участвовал в сражении, — покачал головой отец. — Я побывал на одном из кораблей паолиицев в составе команды по зачистке.

«Бродил по кораблю-призраку…»

— И как, жутко было?

— Ничего страшнее я с тех пор не видел, — признался отец. — Чтобы понять, что такое «Цирцея», Арик, нужно было побывать на этих кораблях. Паолийцы знали, что мы изобрели какое-то новое ионно-лучевое оружие, и установили на этих пяти кораблях какие-то невероятные средства защиты. И многослойные сверхпрочные переборки, и мощные двухполюсные генераторы, и даже отражатель радиоактивных частиц. И толку от всего это не было никакого. Двадцать пять тысяч паолийцев мгновенно сгорели от одного-единственного выстрела. Не забывай, что этот луч прошелся по строю истребителей и даже не обжег их. Вот что кошмарней всего.