— Нельзя ли еще водички?

Инопланетянин сходил за водой, потом все трое ушли. На этот раз дверь заперли как следует.

Судя по всему, первое испытание закончилось. Вот только непонятно, прошел . Фейлан его или нет.

Фейлан выпил половину воды, после чего лег на кровать. Подоткнув под голову подушку, лежал на боку, прижимая ладонь к прохладному стеклу, и разглядывал вернувшихся к своим занятиям инопланетян. Вернее, притворился, что наблюдает за надзирателями. На самом деле он изучал стену своей тюрьмы.

Сперва Фейлан решил, что она сделана из стекла. Потом, еще до того как его свалила болезнь, пришел к выводу, что это пластик. И вот сейчас, ощупывая твердую поверхность и пытаясь царапать ее ногтем, коммандер заключил, что первая мысль была верной. Это стекло — невероятно прочное, толщиной добрых пять сантиметров, но, несомненно, стекло.

Он перевернулся на спину и задумался. Стекло — не кристаллический материал, а аморфный, с кремниевой основой, как правило. Стойкий к едким веществам — хотя, насколько Фейлан помнил, одна-две кислоты могут с ним справиться. И тут он вспомнил сцену из прошлого. Они с Ариком и Мелиндой играли в волейбол, и он угодил мячом прямо в окно маминого кабинета. Стекло выдержало, но рама треснула, отчего стекло упало в комнату, прямо на стол, на забытую чашку с чаем, и натворило всяких бед.

Краем глаза Фейлан отметил движение. Он повернул голову, но ничего не увидел. Стена как стена, да мерцающий свет приборов на консолях.

— Каввана!

Фейлан сел и посмотрел на дверь. За прозрачной перегородкой стояли трое чужаков. Судя по покрою комбинезонов, именно эта троица встречала его у трапа корабля в день прибытия на планету.

— Привет, — спустил Фейлан ноги с кровати. — Как дела?