– А сколько он тебе предложил.» Пэдуэй сказал.

– Тебя гнусно обманули! – воскликнул гот. – Ну-ка, заплати ему по справедливости, Секстус, не то ты у меня проглотишь все свое серебро. Ха-ха-ха, вот было бы забавно! С.Дентатус тяжело вздохнул.

– Хорошо, хорошо. Полтора солида. Так можно и ноги протянуть, если каждый будет лезть не в свое дело! Пока ростовщик отсчитывал на стойке девяносто сестерций, гот спросил:

– Ты откуда, чужестранец? Из земель гуннов?

– Еще дальше, – ответил Пэдуэй, – из Америки. Не слыхал?

– Признаюсь, нет. Это любопытно. Я чертовски рад, что встретил тебя, по крайней мере будет что рассказать жене. А то она уверена, что стоит мне попасть в город, как я прямиком бегу в бордель, ха-ха-ха! – Гот порылся в маленькой сумочке и вытащил массивный золотой перстень и неограненный камень. – Секстус, смотри, опять выпал… Укрепи-ка его, а? И не вздумай подменить! Когда они вышли на улицу, гот понизил голос и доверительно сообщил:

– Сейчас я в городе по делу – на мой дом наложили заклятье.

– Заклятье?

– Дома мне тяжело дышать. Я хожу вот так… – Он астматически запыхтел. – А стоит выйти – все нормально!..

– Скажи-ка, – задумчиво произнес Пэдуэй, – ты животных в доме держишь?

– Только собак. Скотину мы, конечно, в дом не пускаем. Хотя вчера заскочил поросенок и удрал с моим ботинком. Пришлось бегать за ним по всему двору. Вот зрелище было, ха-ха-ха!

– Не держи собак в доме и каждый день хорошенько проветривай, – посоветовал Пэдуэй. – Может быть, одышка пройдет.

– Гм-м, любопытно. В самом деле?

– Не знаю. Некоторым тяжело дышится из-за собачьей шерсти. Попробуй,

– И все же, думаю, это заклятье, Я перепробовал уйму средств: от лечебных снадобий до зуба святого Игнатия. Без толку! – Он чуть замялся. – Не сочти за обиду, дружище… Кем ты был у себя в стране?

Пэдуэй стал лихорадочно соображать, ища выход из тупиковой ситуации, и вдруг вспомнил о принадлежащих ему нескольких акрах земли в Иллинойсе.