— Это где водятся змеи толщиной с бочку? — не оборачиваясь, усмехнулся Алеша.

— Ну вот видишь, ты все помнишь, — обрадовался Цицерон.

— Это ты не со мной был, — вздохнул Алеша.

— Я его не пущу, — встревожился Фуго. — Если тебе хочется, иди один. Мне Алексей Александрович велел приглядывать за ним.

— А ты, несчастный ящик для инструментов, вообще молчи, когда старые естествоиспытатели разговаривают, — ответил Цицерон. — Мы с Алешей половину галактики облетали, смерти вот так, глаза в глаза сотни раз смотрели…

— Хватит врать, Цицерон, — перебил его Алеша. — Мы с тобой познакомились меньше месяца назад.

— А жаль, — не обидевшись, мечтательно проговорил робот. — Если бы я знал тебя раньше, в молодости, когда у меня ещё не текло масло из шарниров, мы бы с тобой столько наворотили.

— Значит тебе повезло, Алеша, — снова подал голос мимикр. — Если бы вы познакомились раньше, у тебя бы не было счастливого детства.

Разговор прекратился сам собой. Плохое настроение Алеши как-будто передалось его друзьям, и каждый из них решил не доводить дело до ссоры. Мимикр вскоре ушел в каюту к тетушке Даринде, рассказать, что произошло. Цицерон сидел и от нечего делать раскручивал и закручивал под коленом гайку, а Алеша, полежав немного, незаметно для себя уснул. Ему снился сон о том, как он путешествует по дикой планете, населенной гигантскими хищниками. Прожорливые звери гонялись за ним с ножами и вилками, клацали страшными зубами, и иногда Алеша вскрикивал во сне, а Цицерон тихонько успокаивал его:

— Тихо, тихо, Алеша. Если я в твоем сне есть, быстро лезь ко мне на плечи — испытанный способ.

Проснулся Алеша ближе к полднику. Повар ходил по жилому отсеку корабля и бил колотушкой в сковородку, собирая остатки команды и пассажиров на полдник.

За столом все обсуждали последние события, и Алеша скоро понял, что самое главное он проспал.