— Это самое важное, — ответил Голубков. Бандитские «Нивы» уехали. Голубков походил по столярке, беззвучно матерясь, потом остановился против меня:

— Ну? И что теперь делать?

Мне оставалось только пожать плечами:

— Вам видней. «Пожарную сигнализацию» с космической связью вы воткнули мне в расчете на такой случай?

— Совсем не на такой. На другой.

— На какой?

— Не гони. Придет время, узнаешь. Убивать-то зачем было?

— А вы не понимаете? — спросил я. — На моем месте вы долго раздумывали бы?

— Вообще не раздумывал бы, — буркнул Голубков.

— Так я и сделал.

— Ладно, — подумав, заключил он. — Убийство в пределах необходимой обороны.

Доказательство — пленка. Прослушка санкционирована. Проходит.

— Так-то оно, может, и так, — согласился я, — но ведь по прокуратурам и судам затаскают.

— Нет. Не можем мы тебя засветить. Особенно сейчас. Уладим.

— Как?

— Ты помнишь, какие слова высечены на Дельфийском храме?

— Вы говорили. «Ничего сверх меры». Сверх меры я ничего и не спрашиваю. А все, что касается меня, должен знать. Это был не наезд.

— Да, это была прокачка.

— Меня? Они и слова-то такого не знают.

— Тот, кто дал им этот заказ, знает.

— Кто?

Голубков не ответил.

— Ладно, ничего сверх нормы, — согласился я. — Кто их на меня вывел? Верней, не их, а заказчика?

— Мы. Через ментовскую агентуру. И хватит вопросов.

— Нет, — возразил я, — не хватит. Что теперь будет?

— Будет следующее. «Нивы» проедут в один подмосковный район, далеко отсюда.

Зеленый «жигуль» последует за ними. «Нивы» въедут на территорию завода стройматериалов и через полчаса выедут оттуда пустыми. Потом их найдут сожженными в глухом месте. А твоих гостей перегрузят в «вахтовку» и через задние ворота отвезут в надежное место. И они будут отсиживаться там столько, сколько нужно. Кроме Шрама, конечно. А утром с этого завода увезут на стройку в Южное Бутово шесть довольно массивных железобетонных балок. Думаю, что этот тип в зеленой «шестерке» даже заглянет на стройплощадку. И пощупает балки. А они будут еще теплыми. После этого у него уже не будет никаких сомнений в твоей личности.