Множество связей во Вселенной бесконечно. А это означает, что отобразить её однозначно в ограниченное дискретное пространство текста невозможно. Таким образом, картина действительности, будь она научной или художественной, уже по своему происхождению обречена на неполноту и приближённость. Кроме того, так называемое "соотношение аспектной неопределённости" запрещает одновременно одинаково полное описание противоположных свойств систем. Значит, даже однородность преобразования не может быть достигнута.

Потому-то произведения "фотографического реализма" не дают и не могут дать информацию о внутреннем. И отличие таких книг от реальности больше, чем разница между чёрно-белой фотографией и голографической видеозаписью.

Целью всякого познания является выявление связей окружающего мира, значит, по нашему определению, создание художественного текста есть познание. Однако, главный герой всякого произведения -- человек. И оно должно отражать его чувства, отношения, мотивы поступков. Попытки авторов описать эти параметры "напрямую" в рамках классических подходов приводят к появлению книг, больше похожих на научные и философские трактаты.

Противоречие может быть разрешено, в частности, созданием текста, "ортогонального" реальности. Толкиену это удалось.

Его мир не менее реален, чем наш, и живёт собственной жизнью, подчиняясь своим законам.

Ключевое слово здесь -- "системность". Введённое в философию Энгельсом, в этом случае оно означает согласованность, связность ситуаций и событий, выполнение "правил игры".

"Придумать зелёное Солнце легко; трудно создать мир, в котором оно было бы естественным".

Всегда кажется, что кроме написанного на страницах толкиеновских книг есть нечто большее. Его герои радуются, грустят, ненавидят и за рамками повести. В этом его книга реальнее многих произведений "серьёзной" литературы. Такие произведения модно рассматривать как закономерное продолжение пути художественного познания реальности.