– Да? А как тебе вот это? «Горе! Малый я не сильный! Съест упырь меня совсем, если сам земли могильной я с молитвою не съем», – с выражением продекламировала Катя. – Александр Сергеевич Пушкин. Стихотворение «Вурдалак».

Данька внезапно почувствовал, как по спине у него побежали мурашки. Он посмотрел на готовый скрыться за вершинами деревьев красный диск заходящего солнца и невольно покосился на густо разросшиеся кусты сирени.

Над ними шелестели кронами яблони, за которыми скрывался старый дом. И Даньке вновь показалось, что он наполняет тихий летний вечер пугающим ощущением какой-то жуткой тайны…

Катя проследила за его взглядом.

– Дань, ты не думай, я ведь серьезно говорю… Здесь, в поселке, несколько лет назад действительно что-то нехорошее происходило!

– В каком смысле «нехорошее»?

– Честно говоря, я и сама еще толком во всем этом не разобралась… В общем, говорят, что еще давно, лет, наверное, двадцать назад, у многих здесь стали пропадать животные…

– Животные? – переспросил Данька и вспомнил, что уже слышал об этом сегодня утром от Катиной бабушки. – И что же, по-твоему, могло с ними случиться?

– Не знаю, – вздохнула Катя. – Никто толком ничего не знает. Так, какие-то неясные слухи. Но кое-что любопытное мне все-таки удалось выяснить…

– Что именно? – спросил Данька. Он знал Чулкову уже достаточно давно и видел, что она действительно не собирается его разыгрывать.

– Исчезновение животных не было случайностью, – убедительно произнесла Катя.

– А ты не думаешь, что они могли оказаться жертвами какой-то эпидемии или, например, массового отлова… – не очень уверенно высказался Данька.

– Нет, не думаю, – решительно отмела оба его предположения Катя. – Насколько мне известно, эпидемия может поразить какой-то определенный вид, а тут и кошки с собаками исчезали, и кролики, и куры… Версия специально организованного кем-то отлова отпадает по той же самой причине.